Застывшая в красках она уместилась на десятке полотен. Но живописную биографию не каждый разберет. Нижнетагильца Валерия Хасанова нужно чувствовать.

 Желтая полоска - это узбекский бархан (среди них прошло детство). А черно-белая абстракция - это Хасанов так с друзьями недавно погулял: "Картина называется «Натюрморт для Дениса», это был у нас такой сейшн-джем, просто день рождения моих друзей".

 Он восхищает, он приводит в ужас, в общем, считается одним из самых неоднозначных мастеров. И лишь для жены Инны - не чудик, а чудесный отец и супруг: "Я помню, когда родился у нас сын, у него была серия работ, посвященных детской комнате, весь колорит, всё на ассоциациях, или когда меня увидел в свадебном платье, была интересная серия портретов".

 Хасанов любит Восток. В коллекции есть что-то похожее на персидский ковер, есть азиатский веер. В узорах угадывается и арабская вязь: "Для меня важен импульс, то чувство, та эмоция,  которую ты внутри себя держишь, потом это выражается по средством цвета, краски, объема, фактуры. И вот эту энергетическую основу я стараюсь до зрителя донести".

 Художник любит путешествовать. "Сибирские снега" - это после поездки на Алтай. Что навеет Челябинск, пока сам не знает. Но подвернись под руку кисть и палитра - мигом бы сообразил. В творчестве Хасанов всегда отдается порыву. Даже потеки краски на холсте, считает он, иногда только на пользу.

Подготовила Е. Харламова